Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

Тварей совершивших это ждёт свой Нюрнберг



[Свидетельства преступлений украинской хунты]
Погибшие 2 мая в Одессе.
Cписки жертв киевской хунты
Список пополняется.



Если удалят с ютуба, копии видео здесь
http://www.antimaidan.by/genocid-v-luganske-video/

Видео с ютуба удалили. На второй день.

Пользуйтесь http://rutube.ru


Эта женщина — Кукурудза Инна Владимировна — умерла в машине скорой помощи.










UPD:



КОНТАКТЫ ВОЕНКОМАТОВ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ


Донецк (с 9-00 до 18-00):
+38 095-636-05-20
+38 093-398-46-67
+38 096-045-84-74

На данный момент помимо граждан Украины, России и Белоруссии, на Донбассе на нашей стороне воюют так же граждане Израиля, Венгрии, Сербии. В ближайшее время туда приедут бойцы из одной "неожиданной" для многих западноевропейской страны.
UPD: А вот и обещанный сюрприз : В Донецк прибыли представители итальянской антифашистской организации "Миллениум", выразившие желание оказать поддержку ДНР.



Бабушка из Славянска: Если хотите, то запомните меня: Назаренко Лидия Васильевна. Вот это и всё, сыночек.


This girl was 6 years old. She died Slovyansk (eastern Ukraine) from the projectile - howitzers by massive bombing residential areas of the National Guard of Ukraine on June 8 in 13 hours. 15min. Bloody junta that came to power in a coup Kiev sponsored U.S., every day hundreds of people destroys the civilian population in eastern Ukraine disagree with illegal government.
10300654_583271978437158_1569717848952121656_n


Краматорск, последствия обстрела




18.06 при минометном обстреле пос.Голубовка под Славянском была убита мирная жительница Елена Данченко, 30 лет. Ее 5-летний сын Арсений был тяжело ранен осколками в голову и вскоре умер на операционном столе в больнице.



13.07. при артобстреле Луганска погибла молодая женщина с грудным ребёнком.


Горловская мадонна




27 июля при обстреле карателями Горловки погибла молодая женщина Кристина Сергеевна Жук (6.09.1990) с годовалой дочкой Кирой (9.09.2013).



05.08.14 Донецк


София, 4 года. Убита осколками снаряда 27.08 в г. Кировское


Ученик восьмого класса Даниил Кузнецов погибший 05 ноября в Донецке




11 Январь 2015г.  – Во время артобстрела в поселке Кряковка на Луганщине погибли три человека — 14-летняя девочка, ее мать и бабушка.

Саша Смирнов, 4 года. Погиб при обстреле Петровского района Донецка 25 января 2015 года вместе со своим отцом Иваном Александровичем Смирновым (1989 г.р.).




Полина 8 лет. Задавлена в г. Константиновке пьяными солдатами на МТЛБ






Аня Костенко
(13.02.2011) погибла в возрасте двух с половиной лет 13 августа 2014 года при обстреле карателями городского пляжа в Зугрэсе, к востоку от Донецка. Всего жертвами обстрела стали 20 человек, включая троих детей.

Погибшие дети Донбасса




31 июля 2014 года в Луганске Отец Владимир вышел на улицу и направился домой после вечерней службы. Подходя к улице Чапаева, он вдруг увидел в небе бомбардировщик, который сбросил восемь 500 килограммовых кассетных бомб на парашютах. После взрыва первых двух бомб батюшка получил тяжелое ранение в грудь и левую руку. Зажимая рану в груди, о. Владимир вышел из прохода между домами на ул. Чапаева. Встал на колени и начал молиться, крестясь целой правой рукой
Так о. Владимир сподобился мученической кончине в день памяти преподобного Серафима Саровского и почил, стоя на коленях, также как много лет до этого великий русский святой. Сиротами остались пятеро его детей.
Помните убийцы: «Голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли» (Быт. 4: 10).



Материалы пополняются.

Академик И.А.Гундаров: "Возраст 55 лет выбран не случайно"

Доктор медицинских наук, профессор, член РАЕН, кандидат философских наук, специалист в области медицинской статистики, геронтологии Игорь Гундаров показал, что возраст старения и возраст выхода на пенсию - это не одно и то же. Но, начиная с 55 лет человек неминуемо приближается к очередным функциональным изменениям организма, качественно меняющим его жизнь.

Научные роты. Взгляд изнутри

Оригинал взят у twower в Научные роты. Взгляд изнутри
В 2014-м году мне довелось побывать в 3-й научной роте Войск воздушно-космической обороны и сделать материал о ее деятельности. Подразделению тогда было всего полтора года, у солдат горели глаза: интересные проекты, перспективы. Командование поясняло, что рота создана для того, чтобы выпускники вузов заинтересовались работой в оборонно-промышленном комплексе.
К 2016 году, судя по рассказу одного из военнослужащих, занятия наукой уже стали второстепенной задачей:

*****
И так, я студент 6-ого курса, дописывающий диплом магистра по специальности прикладная механика. Понимаю, что от армии мне отвертеться только аспирантурой, в которую идти не хотелось, что подтверждалось регулярными повестками от военкомата, которые я игнорировал по причине “пишу диплом”. После защиты диплома, я стал ждать повестку и идти сдаваться. А они что-то перестали приходить, а тем временем и призыв закончился. Поняв, что уйду осенью, стал устраивался работать (да, работодатель был в курсе моего неотвратимого ухода, но я устраивался по рекомендации начальника моего научного руководителя на условии, что поработаю до ухода, а затем вернусь, т.к. при восстановлении на работу по возвращению давали некоторые плюшки – подъемные например). На собеседовании, кстати, поднималась тема научных рот и что туда было бы неплохо попасть, но способов я пока не видел.

Устроившись я входил в рабочий ритм, как неожиданно в середине сентября мой телефон засветился незнакомым номером и на том конце представились заместителем начальника военкомата по *-му району (Москва). Состоялся вот такой диалог:
- Добрый День, ты годен к военной службе, у меня на столе лежит твое личное дело и там степень магистра, поэтому я могу предложить тебе попробовать поступить в научную роту, всяко лучше, чем целый год лопатой махать.
– Да, я как раз думал о варианте научной роты.
– Вот и здорово, давай приходи в четверг, без повестки, я тебе расскажу, что нужно делать и какие документы нужны.

Помимо стандартных документов нужны были копии диплома - ОК. Так же он сказал быть на связи, так как через пару недель будет собеседование с кандидатами в роту. Не обманул через 2 недели действительно я и еще пара человек во главе с ним отправились на сборный пункт. Собралось нас 52 человека. Нас встретил майор и представился командиром третей научной роты С.А. Скворцовым, человеком, обладающим самой большой харизмой из когда-либо встречавшихся мне, вкратце рассказал, кто ему нужен, что такое научная рота, чем они занимаются. Задавал нам общие вопросы, и да (возможно именно из-за ответов на эти вопросы я ему и запомнился). Потом он вкратце побеседовал с каждым из нас лично, минуты по две-три, а ля что умеешь, какой средний бал диплома и т.д. Было это долго и муторно. Возможно то что у меня уже появился к тому времени опыт работы сыграл не последнюю роль. В конце нам сказали, что те, кто пройдёт собеседование, отправятся служить 10-ого декабря, именно тогда происходит призыв в научные роты. После собеседование мы разошлись и буквально на следующий день мне позвонили из военкомата и сообщили, что пришла телеграмма на моё имя и что я зарезервирован в научную роту. Скажу честно, я был рад, особенно потом, когда узнал, что из 52 человек Скворцов отобрал меньше 15.
[Spoiler (click to open)]
И так, со спокойной душой я стал ждать 10-ого декабря. Но армия не была бы армией, если бы было всё так просто.
Начало ноября, пятница 6 вечера, звонят мне из военкомата и говорят мне что я должен в понедельник идти в военкомат призываться. WTF??? В шоке были и я мои родители. Ну что поделать, начались срочные сборы. Отзваниваюсь начальству, договариваюсь ,что уволят меня задним числом без меня. Ну и в понедельник отправился. У военкомата всё как положено: родители, девушки, все плачут, обнимаются. Поехали на распределительный пункт, этот кусок ничем не отличается от обычного призыва, медосмотр, выдали сим-карты (3 билайновские), разве что я позвонил по контактам, которые оставил командир роты и оповестил, что я почему-то призываюсь, на что получил ответ “WTF! Разберёмся, будь на связи”. И действительно, когда уже была финишная прямая, разбирали солдат, вызвали меня и ещё одного (как выяснилось, он тоже уходил в научную роту, но в другую), вывели обратно в город и отпустили. Посмеялись да разошлись.

И вот 8-ого декабря звонит мне ещё раз из военкомата зам начальника и говорит: пора, 10-ого жду тебя. Пафоса в этот раз было меньше, у военкомата вместо автобуса ждала легковушка, да и нас было только трое. На сборном пункте всё повторилось (даже симки дали 3 штуки, теперь мтсовские) за исключением последнего этапа, когда начали собирать вместе тех, кто уходил в научные роты. Нас снова встретил Командир, уже в звании полковника (вот это поворот). Был вечер и уехать непосредственно в часть мы должны были с утра. Нас заселили в расположение, покормили, мы начали потихоньку знакомиться. На утро позавтракали и покатили в составе 15-ти человек под руководством полковника навстречу нашей службе.

Итак, пока мы ехали в часть потихоньку подъедали печенья и бутерброды, что у нас остались. Ехали мы, как я уже говорил, в сопровождении командира роты и ещё одного человека, которого не упоминал, Старшего сержанта В. Который был временно исполняющим обязанности старшины роты.
Для незнающих (в случае если ко каким-то причинам должность в армии освобождается, перевод в другую часть, например, на это место ставится другой, как правило ближайший “снизу” по званию и должности, этот человек становится временно исполняющим обязанности ВрИО, как только на должность назначают конкретного человека, ВрИО снимает с себя дополнительные обязанности).

Ни для кого не секрет что 3-я научная рота базируется в Красногорске, однако, по разговорам КР и Старшины мы поняли, что едим мы не в туда, а не понятно куда, либо в солнышко (Куда-Куда?), либо в Щелково. Мы тогда ещё наивные и дерзкие начали расспрашивать, собственно почему, куда и зачем.

Оказывается, из-за трагедии в Омске, а именно обрушения казармы, начались массовые проверки, и Казарма в Красногорске была признана не надёжной и требующей ремонта.

Поэтому с середины лета рота находила месяц в солнышке (рабочее название Солнечногорска) а потом переехала в в/ч 26178 города Щёлкова, где и находится уже 4 месяца. И стоял вопрос куда же нас вести, и где размещать. В итоге подп-к получив какую-то информацию приказал везти нас в Щелково (видимо мест в солнышке не оказалось). Ну нам то на тот момент было всё равно. Сказано-сделано вот мы заходим в расположение роты. Нас строят, и начинают обсматривать вещи на наличие всего того, что нам выдали на распределительном пункте, а так же на отсутствие всего запрещённого, например еды. Еду изымали и складывали в комнату информирования и досуга (далее КИД). Потом мы её доели, сами. Никто не отобрал.

Теперь нам предстояло расселение в спальном расположении. Спальник представлял собой вот это.



Таких секций было 2.
Дело в том, что мы приехали сразу же к старшему призыву. Более того ещё не уехал призыв, который демобилизовался на! Они должны были уйти на следующее утро. Это запрещено, по правилам до присяги военнослужащие не должны контактировать с новым пополнением уж тем более с дембелями, поэтому и хотели везти нас в Солнечногорск. Но кто же соблюдает правила, особенно в армии, правда? Так что нас расселили в 2 соседние секции новые с одной стороны и старшие с другой. Вечером мы стали свидетелями прощания призывов. Остающиеся построились в 1 шеренгу а дембеля проходили вдоль всей шеренги. Они прощались если не как браться, то как лучшие друзья, обнимались жали руки улыбались. Каждый с каждым. Потом дембеля подошли и к нам, пожали руки и пожелали удачи. Где они провели свою “королевскую” ночь я не обратил внимания. Возможно в клубе, который находился на втором этаже нашей казармы. КМБ началось….

На следующее утро меня разбудил громоподобный рев командира

- РОТА ПОДЪЕМ!!!

Ощущение было как будто голову засунули в колокол и ударили по нему. Началась суматоха, мы мылись, брились, неумело заправляли кровати.

Скажу честно, кровать я учился заправлять долго и муторно, и был взмокший уже только после этого занятия.

Нас гоняли. Неважно с какой скоростью ты одевался ты всё равно был медленный. К нам приставили 6-ро старослужащих, которые нас всему обучали, объясняли, как приветствовать, что надо спрашивать разрешение на войти выйти и прочую армейскую ерунду, которую так любят офицеры. Рассказывали общий уклад. Так же у нас были занятия по зубрёжке уставов и общей структуре войск. Этим мы занимались до обеда. Также мы писали анкеты. Боже, сколько анкет мы написали, это жесть. Свою биографию, анкеты на секретность (такие пишут и при приёме на работу где нужна секретность - о родственниках, о поездках за границу и т.п.), приезжал психолог, проводил разные тесты, вопросы в которые были из разряда сколько у тебя друзей в роте и не собираешься ли ты тут убить, кого-нибудь?

Анкеты, особенно на секретность, надо было писать без единой помарки, и естественно мало кто их заполнял правильно с первой попытки. Я запорол 6 бланков, вроде бы это был рекорд. Особенно было хреново тем, у кого не было информации о месте работы родителей или места проживания брата, например (как же без этого в армию то идти, действительно). Естественно, всем необходимо было узнавать её.

Теперь о телефонах. У нас всех были телефоны. Они сдавались на хранение в канцелярию. Выдавались на свободное время после ужина примерно час-полтора, но, сами понимаете, на КМБ у нас этого времени не было, выдавали нам на 5 минут спросить у родных информацию для анкет.

На второй день нам выдали спортивную форму, и мы стали привлекаться ещё и к зарядке, которая заключалась в беге 2-3км и последующей разминкой (именно в такой последовательности). Ближе к 20-ым числам декабря выпал снег примерно 30 см, и знаете, что? Правильно, мы всё равно бегали по сугробам стадиона, зимой его не чистили. Одни, где проходила зарядка у других подразделений не в курсе.

Так как мы были “в гостях” нам приходилось подстраиваться под распорядок части. Я сейчас говорю о присяге, которая должна была состояться 26 декабря через 16 дней после нашего прибытия. Поэтому ещё одним важным пунктом была строевая подготовка. Занимались мы до хрена, даром что на улице стоял минус, мы были взмокшие как мыши. Приходили со строевой – писали анкеты – опять строевая. И так весь день.
Времени до присяги было всё меньше, у нас ни хрена не получалось, на нас орали, какие мы немощи, обычный рабочий процесс. Так как всё было в новинку по ощущениям отслужили уже месяц, а не 2 недели. Уставы, строевая, анкеты, вот девиз нашего КМБ. Но всё рано или поздно заканчивается, впереди была присяга. И новый год.
Присяга прошла гладко, разве что нас не отпустили в положенный суточный увал, только женатых.
Местные ушли все, мы остались. Посидели с родными в клубе да разошлись.
Новый год прошел весело смешно без выпивки, с конкурсами. Выходные походили больше на день сурка, подъем в 7, спортивный праздник (фотографировались для отчета в общем зале части) - обед - (сон, да-да, как в лагере, охренивали все мои родные) - фильм -ужин –свободное время - сон. И так 10 дней. Однажды мы продрыхли 16 часов из 24 в сутках.

3-я Научная рота была сформирована на базе Красногорского завода им. Зверева. Рота здесь работает по следующим направлениям
- Дистанционное зондирование земли
- Космические летательные аппараты (спутники по-простому)
- Оптические прицелы для разного рода оружия

2-ая же площадка, где занимаются научной деятельностью это Нииц СТ Ждв 3 ЦНИИ МО РФ находящийся в моске в метро бабушкинская. О Нём подробно не смогу рассказать не могу, основная идея - мониторинг околоземного пространства.
После праздников к нам приехали руководители проектов завода.
Мы собрались в КИДе и по очереди рассказывали им о своих навыках.

Форма следующая:

“Я такой то, от туда-то, окончил то-то, имею опыт работы там-то.” И так все.
Они послушали нас и уехали. На этом всё. Стали ждать распределения, кого возьмут, кого нет.
По логике, к нам должны были так же приехать руководители из НИИЦа, но нет, видимо были слишком заняты. Поэтому получилось следующим образом.
С завода пришёл список тех, кого они хотят видеть. Так и записали. А остальные поехали самостоятельно в НИИЦ. И там встретились с руководителями. И их распределяли из того что осталось.


Что касается меня, меня взяли на завод, но по какой-то неведомой причине меня послали в НИИЦ.
И там представили наручнику, из разговора с которым я понял, что тут мне вообще делать нечего.
И он это понял. Совсем. там нужны были программисты. Лучше люди, знающие QT. Одной из задач, кстати, было переписывать их программы из qt3 в qt4. В этой тематике я был совсем никакой, я инженер и собирался на завод.

Вкратце о политике НИИЦа. Никаких флешек, телефонов, дисков. Разрешены дискеты. Научного руководителя одного из наших старших посадили за то, что нашли флешку.
Компьютеры… ну как сказать, я попал в 2004 год. Всё старое и слабое.

“что-нибудь мы с тобой придумаем, те кто не умел прогать к концу уже что-то выдавали” сказал мне научник. Для меня это был не вариант, поэтому я пошел к командиру взвода и обрисовал проблему. Мужик он был здравый, да и вообще наибольшее количество адекватных решений исходило именно от него, он был правой Скворцова, и после ухода КР на повышение в феврале, последовал за ним. (Отступление, на данный момент откомандирован в Сирию). Не последнюю очередь сыграло то, что я имел опыт работы в программных комплексах, которые использовались на заводе, но которые не могли позволить себе НИИЦ.

Меня перевели на завод. Там же состоялось повторное собеседование уже с непосредственным руководителем.

Вообще по поводу выбора того чем заниматься. Его нет. Тебя просто ставят перед задачей, которую ты должен сделать, разбираешься ли ты в этой тематике или нет. Ты сам составляешь себе план, которому следуешь. Иногда это новая задача, иногда продолжение задачи предыдущих призывов. Некоторые проекты тянутся уже не 1 год.

Мне в этом плане повезло, моим научным руководителем была девушка, которая считала, что чтобы сделать работу, она должна была быть интересной, и наставник (зам научного), поэтому мне одному из немногих предложили выбирать из нескольких непохожих проектов. Задачи на прочность, как правило технологического плана.

Казалось бы, вот она наука, пора её продвигать во имя вооруженных сил РФ, но нет, не всё так просто. Оказывается, пара поездок в нииц и на завод, которые были организованы для того, чтобы мы наконец получили темы, познакомились с научными руководителями, являлись разовой акцией а не систематическими. Далее на продолжительное время нас оставили без поездок, сказал, темы вы получили, теперь готовьтесь и собирайте материал. В казарме. Без доступа к каким-либо источникам информации. Мы должны были составить план работы и что-то делать. Скажу так, кто-то вытаскивал информацию и интернета в свободное время, когда были разрешены телефоны, кто-то читал книги по программированию. Не все. Далеко не все. Иногда тема была слишком размыта, иногда по теме невозможно было что-то дополнительного найти (перевод из qt4 в qt5).
Это были достаточно унылые дни в нашей службе. Отдам должное командиру роты, он не давал нам застояться. Проводили внутреротные олимпиады по программированию, математике. Нескольким из старшего призыва было приказано организовать презентации своих работ, дабы рассказать, чем они занимаются. Было организованно несколько поездок по 3-4 человека, на олимпиады по той же математике, информатике, истории. В общем было сделано максимально много, что он мог в условиях отсутствия транспорта, чтобы наши мозги работали и не тупели.

До сих пор из памяти не выходит сцена, когда полковник произносит свой девиз: “Мы ебём всё, что движется, а что не движется, то расталкиваем и ебём” (из песни слов не выкинешь).

Такой расклад дел продлился около месяца, после чего вопрос с транспортом наконец-то начал нормализоваться, завод выделил свой личный автобус на 20 посадочных мест, а спустя ещё неделю начал приезжать и пазик в НИИЦ (если бензин находился, что было не всегда). С утра, после завтрака мы уезжали, вечером перед ужином приезжали. Работа начала двигаться. Честно говоря, достаточно трудно влиться в какой-либо проект вот так просто, без подготовки и предварительного изучения и сразу начать выдавать какие-то результаты. 2 Недели я просто сидел и читал сопутствующую документацию и крутил выданные мне 3D модели и вспоминал как работать в необходимых мне программах, благо на заводе был интернет, с определёнными ограничениями, но был. Основную часть информации мы черпали оттуда. Времени на изучение было мало. Нужно было показывать результаты.

Служащие научных рот регулярно должны проходить аттестацию (по-простому отчет о проделанной работе), где в вкратце, минут за 5, рассказывают, чего они достигли за прошедший период службы. Первая аттестация, как правило, это рассказ о том, что ты поручили, как ты это будешь делать, и что ты готов это задачу выполнить. Этакий мини диплом. Собирается комиссия с завода, офицеры роты, слушают тебя и по завершению выносят вердикт, аттестован ты или нет. Чем грозит не аттестация. 2 проваленных аттестации ставят под сомнение твоё пребывание в научной роте, и могут перевести из научной роты в линейные войска. Так должно быть и этим слегка “пугают” новобранцев, чтобы работали. На деле… ходили слухи об одном, переведённом в первом призыве, так же о паре военнослужащих, которые полгода пролежали в госпитале, и тоже были удалены. Правда или нет, не знаю.

“Страшная” аттестация была назначена наконец февраля, потом на середину марта… потом на начало апреля. В целом, как выступать, по какому принципу строить доклад, нам объяснил старший призыв, да и кое-какой материал к тому времени не собрал бы только ленивый, защитились все. Главное в подобном это как складно ты говоришь и как складно отвечаешь на последующие вопросы.

Помимо аттестации Роту с интервалом в 3-4 месяца проверяет военно-научный комитет, который в виде инспекции приезжает и смотрит, чем же мы занимаемся. Может подойти поспрашивать поговорить, кто такой что делаешь. Ничего сложного, если есть что показать. Я упоминал что автобус на завод был рассчитан на 20 человек. А работало на нем 30. Поэтому из 4 дней, которые отводились на научную деятельность (пн-чт), в среднем на завод солдат посещал 3 дня в неделю. Если на завод ты не ехал, то, как правило, в расписании стояла самоподготовка. По идее ты должен был изучать сопутствующую литературу... не знаю, что ты должен был в это время делать по понятиям офицеров, изображать бурную деятельность. В таком режиме и протекала служба в 3-ей Научной роте.

До мая.

Слухи и обещания о переезде обратно в Красногорск мы слышали регулярно. Сначала январь, потом в феврале, затем в апреле. Старший призыв рассказал, что им обещали обратный переезд ещё в октябре-ноябре. Со временем перестаёшь воспринимать подобные обещания. Ну ок, давайте доживём сначала до этого момента, а там посмотрим. Именно из-за таких обещаний, о переезде, о постоянных переносах аттестации, для меня знаменитое “слово офицера” потеряло всякий вес. Военному веры нет. Никогда.
Но всё же 7ого мая был отдан приказ готовить свои вещи, переезжаем. И, запаковав свои пожитки, сдав казарму, 10ого мая мы отправились “к себе”. Старший призыв пожил в Красногорске 1 неделю и мало что вынес из этого, мы же там не были никогда. Никто не знал, что же нас ждет.
10 мая это ровно 5й месяц с начала нашей службы. Это одна из ключевых дат, которые делят службу на до и после.

Жизнь в Красногорске.
После переезда мы вообще на какое-то время забыли, что такое научная деятельность, потому как рота утонула в бюрократии и обустройстве казармы, мы познал всю мощь армейского педантизма, когда подписан и иметь инвентарный номер должен был даже вантуз. Все стулья все шкафы подписывались создавались списки. В Опись была внесена даже моя гитара, потому что её нужно было держать в КИДе в казарме 4 этажа 2 из которых занимала рота и имущества было ну нереально много. Так же сложилось впечатление, что вообще вся армия захотела узнать, как живёт 3-я научная рота, проверки поперли чуть ли не через день. Кто проверял оружие, кто чистоту, и прочее, прочее, прочее… Приезжала даже военная прокуратура. Её целью было найти тех, кто типа служит, в роте не появляется, или кто попал туда по блату.

Я не знаю, как было до нас, но вреди нашего призыва служили все. Никто не отсиживался по домам. Да, были некоторые кто получал некоторые бонус из-за того, что их “рекомендовали” разного уровня генералы, но внутри роты это никак не проявлялось. Вообще, если пропустить все пафосные речи о военной науке и передовых технологиях, можно увидеть истинный смысл затеи всех этих научных рот.

Дело в том, что по окончании срочной службы есть возможность подписать контракт, такое можно сделать в любой части, если хочешь, но при выходе исключительно из научной роты ты получаешь звание лейтенанта. Подобная штамповка младших офицеров призвана заполнить провал, появившийся после закрытия военных академий, желательно более-менее соображающими людьми. Через научные роты стать офицером, если ты никогда к армии до этого не прикасался, это самый быстрый путь. Этим иногда пользуются некоторые высокопоставленные военные. Нас начали агитировать подписывать контракт примерно через 2 месяца после начала службы, заманивали военной ипотекой стабильностью надежностью гарантированным карьерным ростом и т. п. Наверно для кого-то имел смысл идти служить, я, честно говоря, не загорелся.

К тому времени как мы переехали, старшему призыву оставалось служить 2 месяца, агитация сильно увеличилась. Но в итоге те, кто собирался изначально идти, те и стали готовить документы.

Со временем все нормализовалось, в НИИЦ стал приезжать шикарный автобус. Ну а завод… завод остался без транспорта. К счастью до места научной деятельности было не далеко, около 4-5км. Вопроса о том, что тебе не хватит места больше не стояло, и каждый раз, когда ты был не в наряде, шел заниматься научной деятельностью. Все было бы хорошо, если бы не одно но. Из-за того, что в Красногорске увеличилось количество человек в суточном наряде, плюс позже от этого занятия освободили тех, кто готовился к офицерству, плюс некоторые выполняли специальные задачи (подготовка проектов к разным конференциям и армии 2016), а ещё нас могли оставить в казарме, чтобы, допустим покрасить бордюры, убрать листья перед прибытием очередной инспекции, количество дней, когда ты уходил могло сократиться до 1-2 в неделю. Это в том случае если наряд выпадал на будни. Наряд мог выпасть на выходные, тогда ты пропускал выходные.

В целом заниматься наукой стало сложнее, как бы это парадоксально не звучало. Но ко всему привыкаешь, и мы привыкли. Все потихоньку пошло своим чередом. Незаметно пошло время ухода старшего призыва.

Теперь стоит рассказать какие же были отношения у нас, потому что этим вопросом многое, задаются,” что же там с дедовщиной”. Её нет. Если отбросить тот факт, что они прослужили полгода, по сути это были те ребята, которые закончили вуз вместе с нами, только ушли в армию, а мы нет. Некоторые встретили там своих знакомых с параллельных курсов. Распределение внутриротных обязанностей происходило по принципу наследования. Кто-то из старших, кто, допустим, должен заполнять журнал занятий, находил себе приемника, обучал его и они уже работали в паре, и так в большинстве обязанностей. Если прилетала какая-то нештатная рабочка, назначались наравне все, стараясь соблюдать определённый баланс. Поровну скидывались при возможности сходить в магазин. Вечером ты мог положить телефон заряжаться, где угодно и уйти, никто его не тронет, воровства не было. В нарядах стояли старший призыв перестал ходить примерно за 10 дней до ухода. Поэтому для меня дико читать разного рода армейские истории про шуршание за дедами. Когда настало время расставания было действительно грустно. Неожиданно очень грустно. Да мне с девушкой расставаться было не так печально, как с ними. В роте действительно было сформирован здоровый дружный коллектив, он был не идеально гладкий, были нестыковки перепалки, это неизбежно.

Одновременно с уходом старшего призыва пришли молодые. Теперь мы были уже теми кто учил и направлял. Пока они были на КМБ наше общение было минимальным, мы жили на одном этаже они на другом. Потом мы перемешались и все завертелось по кругу.

Возвращаясь к научной деятельности. В НИИЦ перестал ездить автобус. Надолго. Объясняли нам это совершенно разными причинами. От того что все автобусы заняты на танковом биатлоне, потом они были заняты на армии 2016, потом вообще кто-то умер и автобусы понадобились на похоронах. На заводе тоже должны были давать транспорт, но у нас было решительное преимущество: мы могли туда дойти поэтому завод жил и даже что-то делал. От себя могу сказать по моим представлениям следующая аттестация должна была бы быть в августе, я собрал достаточно материала и успокоился, где-то в это время я стал сидеть на пикабу, так как этот ресурс залочен не был. Но аттестации всё не было и не было. Похоже командованию было не до этого, а мы и не настаивали. Служба то идёт.

В начале сентября большинство из нас уехало на армию 2016, 5 человек выступать перед Путиным и Шойгу, а остальные волонтёрить. Да все эти бело красные человечки это были курсанты и военнослужащие из научных рот. Нам строго настрого запретили это рассказывать. Мы были студенты с горящими патриотизмом глазами, и одинаковыми прическами. Запрещалось покидать свой пост и вообще проявлять какой-либо интерес к выставке. Смешные. В целом это было весёлое и запоминающееся событие, прежде всего сменой обстановки. На время армии мы жили в таманской дивизии в Алабино. Ну… хреново и них там, казармы раздолбанные, шкафы разбитые, как-то утром мы повстречали мышку в туалете. Мы люди не прихотливые, не жаловались, тем более что телефоны в кои-то веки были легально разрешены круглосуточно, но по сравнению с этим, наша казарма казалась дворцом.

Армия2016 прошла в одно мгновение и вот мы уже скова в нашей казарме. Близилось время нашего ухода, вновь погнала пропаганда офицерства, но снова пошли те, кто изначально собирался, и имел четкий план куда они потом отправятся. На таки объявили дату нашей второй аттестации… конец ноября. За 15 дней до дембеля. Да уж… Ничего интересного не произошло, было всё тоже самое что и в первый раз, не вижу смысла повторяться. Защитились все, все молодцы. Единственно что меня раздражало, так это то, что офицеры приказывали нам сделать список вопросов с ответами и раздать их друг другу, чтобы аттестация была более “живой”.

Это что касается завода… как это смешно бы не звучало, после армии2016 транспорт так и не выделили. Пару раз съездил младший призыв получить темы работы и составить планы научной деятельности. Для отчетности, что работа идёт. Не знаю, как сейчас там, в нашем призыве наука в НИИЦе была мертва, поэтому в большинстве свое время ниицовские ребята проводили время за тем, что убирали листву или за какой-либо нужной роте писаниной. Аттестаций у них так и не было. После аттестации весь старший призыв уже никуда не уходил, сидел в роте. Ну как сидел, ноябрь и декабрь были жуть какие снежные. Поэтому около 25 человек (минус готовящиеся офицеры и болеющие) бегали с лопатами и скрепками целые дни. Да нам было уже только в радость свалить куда-нибудь на территорию, и не видеть наших ротных офицеров, настолько они надоели.
Так и прошёл год в научной роте моими глазами.

Пути из роты и что я обо всём этом думаю.

Концепция набора в научные роты изначально неверна, логично было бы брать тех, кто изначально работает в нужной роте тематике, дабы не прерывать работу (таких было от силы пару человек, кто пришел по рекомендации завода). А не набирать просто умных ребят, а потом судорожно распихивать из по местам научной деятельности и бросать в неизвестный, иногда кем-то уже перепаханный материал. Но тогда зачем вообще отрывать работников от работы? Чтобы послужить? В этой части концепция роты потерпела полный крах.

Командование.

За время моей службы ротное звено сменилось практически полностью, кто не ушел из роты, сменил должность. Не могу сказать про все роты. Командование нашей… во всем люди не могут в науку, они не понимают принципов подобной работы, что мы делаем и как, типичные военные. Оценивать нас они могли только по отзывам научников. Главное, чтобы стояла подпись в плане научной деятельности. Был один офицер, который пришел к нам зимой и ранее не управлял личным составом, работал при строительстве какой-то РЛС. Мужик действительно разбирался в своем деле и понимал, как с нами работать и в целом был “своим”. На этой почве у него были конфликты с новым командиром роты. На прощание мы подарили бутылку 25-летнего коньяка с набором бокалов. Спасибо ему.

Сержанты… в целом тоже, что и офицеры, за исключением что они не претендовали на то, чтобы казаться умными. Некоторые забили на всё и просто хорошо проводили с нами время, стараясь быть поближе к нам подальше от офицеров, поближе к нам, потому что мы не насилуем их мозги. Был и один долбанутый… недавно переведённый, был толи майором мчс толи ещё кем. И вот он пытался перестроить роту под линейку не понимая, что он среди людей 24-лет, некоторых женатых. Похоже, ему рвало шаблон, что, если он выдаст идиотский приказ, ему никто не подчинится. В военном деле сам из себя мало что представлял. Приятно было смотреть, как он садился в лужу из раза в раз. Отличительной его особенностью было нытье. Он ныл на командование, на нас на свою нелёгкую судью. Не знаю, как он стал военным.

Возможные пути после службы:

Офицерство.

Если хочется стать офицером это реальный шанс, поскольку Роте нужна статистика сколько осталось, т.к. это основная их цель, вас возьмут и в любом случае куда-нибудь устроят. Ключевое слово тут, куда-нибудь. По моему мнению, чтобы пойти в офицеры надо иметь определённые связи, и знать хотя бы более-менее своё будущее на пару лет вперёд. Если нет ничего за спиной, дома, нормальной работы, перспектив, тоже хороший повод идти. За год таких не встретил, у всех не офицеров была работа, дом и планы на будущее.

Работа.

Как вариант после службы можно было устроиться в те организации, где работают научные роты, тот же завод. Достаточно много наших ребят осталось работать на заводе, он выдаёт общежитие, и в целом зарплата там… приемлемая, для начала. Если хочется закрепиться в ближайшем Подмосковье хороший вариант. НИИЦ… тоже можно, но сами работники отговаривают, комментарии излишни. В научной роте могут появиться дополнительные площадки для научной деятельности. В рассказе я совершенно забыл рассказать о корпорации “комета”, которая начала сотрудничество с ротой приблизительно на третий месяц моей службы. Чем они занимались рассказать не могу, предоставляли свой транспорт, кормили вкусно, но принимали к себе с условием московской пропиской, т.к. хотели, чтобы служащие после армии устраивались к ним, а общежития у них нет.

Итоги.

Рад ли я что попал в научную роту? -Да. Рад ли я что попал в армию? -Нет. Вернись я в начало, скорее всего бы попробовал идти в аспирантуру.
Если некуда деваться от армии, есть подходящее образование, и вы не глупее пенька от дуба, стоит идти именно в научную роту.
За время службы я освоил и закрепил свои инженерные навыки. Да, на работе я бы сделал это быстрее и качественнее, но отслужить было надо, косить было не в моих правилах.
Кто хотел, писал научные статьи и публиковались в различных журналах.
Судить о том, нужны ли научные роты в РФ, я оставлю вам.
*****

Мифология палеолита и современность

Оригинал взят у dzeso в Мифология палеолита и современность

Номинанты на «Эмми» 2013 по версии КиноПоиска [8]

(предыдущая часть)

Мифология палеолита ориентирована на сознание, в котором основу составляет эмоциональное мышление. Такое сознание легко программируется извне, так как критическая часть в нем, в существенной части, отсутствует, а опыт передается через эмоциональные образы. Наверно поэтому подобный тип сознания вызывает интерес со стороны, как политических, так и бизнес элит. Первые, в ситуации массового распространении среди жителей городов мифологического мышления палеолитического типа, с помощью СМИ и массовой культуры способны легко манипулировать общественным мнением, вторые же получают работающие механизмы для формирования общества идеальных потребителей, которым извне легко внушить, что покупать, зачем и сколько.
Collapse )

Изобразительное искусство СССР. Наука...

Оригинал взят у kykolnik в Изобразительное искусство СССР. Наука...


Навстречу хорошему празднику, Дню российской науки.
Кабы не brain drain, он был бы ещё лучше, т.к. вера в науку,
несомненно, один из подвидов ненависти к Богу :)


Рыжих Виктор Иванович (Украина, 1933) «Кибернетики» 1985



Вепхвадзе Иван (Джованни) Алексеевич (Грузия, 1949) «Перспектива. Молодые учёные» 1981

Collapse )

"Гипноны Перестройки". Часть 17. Институт США и Канады АН СССР

Оригинал взят у kimura в "Гипноны Перестройки". Часть 17. Институт США и Канады АН СССР


Ссылки на предыдущие посты по данной тематике: часть 1, часть 2, часть 3, часть 4, часть 5, часть 6, часть 7, часть 8, часть 9, часть 10, часть 11, часть 12, часть 13, часть 14, часть 15, часть 16.

Остановимся подробнее на фигуре Георгия Аркадьевича Арбатова. Родился 19 мая 1923 года в городе Херсон. Отец — Арбатов Аркадий Михайлович (1898—1954). Мать — Арбатова (Дзун) Анна Васильевна (1901—1977). Сын — Арбатов Алексей Георгиевич (род. 1951) — учёный и политический деятель.Collapse )

Лекция А.А. Зализняка о берестяных грамотах, МГУ, Москва 1 октября 2015 года.




В аудитории собралось несколько сот слушателей, зал был забит до отказа, не было ни одного свободного места. Академик еле-еле смог войти в зал. Молодые ребята даже забрались на выступы на стенах и один зритель под конец лекции оттуда чуть не упал. С нетерпением ждущие рассказа о берестяных грамотах зрители встретили А.А. Зализняка аплодисментами.

Свеженайденная грамота про щенка (см. фото), с которой академик начал свою лекцию, имеет номер 1067 (именно столько грамот нашли к 1 октября 2015 года, а первую грамоту обнаружили в Новгороде 26 июля 1951 года и с тех пор в этот день там отмечают День бересты). Ее откопали буквально накануне лекции, 30 сентября, а предпоследнюю нашли за два дня до лекции.

На Троицких раскопах в Новгороде в этом сезоне были найдена только две грамоты, т.к. там пока основные работы ведутся в слоях, где грамот быть не может. А Краснознаменный, т.н. "коммерческий" раскоп, был начат только недавно, не по вине археологов, а по вине заказчиков, которые долго согласовывали проект раскопок. И теперь ученым придется копать в сложных погодных условиях, под зиму.

Академик также рассказал о новых прочтениях трех грамот, найденных 60 лет назад: от мельника №167, от знаменитого древненовгородского мальчика Онфима №206 и любовное послание №377.

Более точное прочтение удалось получить с помощью современных фотоснимков грамот, из которых удалось понять, где была начерчена буква, а где был дефект коры.

В заключение своей лекции Андрей Анатольевич рассказал о найденной грамоте в Вологде и вместе с аудиторией стал расшифровывать ее непонятные фрагменты. Академик старался привлечь слушателей к обсуждению, просил подавать идеи, как прочитать то или иное слово. Одна девушка после лекции подошла к А.А. Зализняку и сказала, что у нее есть идеи прочтений грамот, и академик пообещал, что он и его коллеги с интересом ее выслушают.

Одна девушка фотографировала, а потом переносила записи А.А. Зализняка на левую часть доски, т.к. стоящим там слушателям записей академика было не видно.

Лекция завершилась громом аплодисментов. После лекции слушатели просили у Андрея Анатольевича автограф для себя и для родных.

Вместе с женой Еленой Викторовной Падучевой

Лекции А.А, Зализняка неизменно восхищают и заражают слушателей радостью познания, радостью творческого поиска, радостью от решения сложной проблемы, радостью от общения с древними новгородцами.

http://polit.ru/article/2015/10/02/photo_zaliznyak/

ПО ИНТЕРНЕТУ ГУЛЯЕТ ЧУДОВИЩНЫЙ ВЗДОР

ПО ИНТЕРНЕТУ ГУЛЯЕТ ЧУДОВИЩНЫЙ ВЗДОР

О статье Бориса Кочнева

«Как штандартенфюрер ф.Арденне Сталину бомбу Гитлера подарил»

Давно известно, что по интернету гуляет множество текстов, которым нельзя доверять, но которые несведущая публика принимает за правду и пересылает по сети по всему свету огромному числу пользователей компьютеров. Один их таких текстов, содержащих очевидную неправду, попал недавно ко мне. Это статья Бориса Кочнева, названная выше. Она помещена на сайте «Гайдпарк – новое слово в развитии социальных сетей» 10.04.2011 г. (http://gidepark.ru/user/1995499124/article/312019; текст этой статьи под другим названием опубликован также на других сайтах, в частности, см. http://gabblgob.livejournal.com/289567.html). Казалось бы, не только «сенсационные» сведения, сообщаемые в этой статье, но и ее развязный пропагандистско-обличительный тон должны были бы вызвать недоверие к ней.

Поражает не то, что кто-то хочет распространить чушь, а то, как много образованных людей верит ей, хотя имеет полную возможность провести собственное расследование с помощью поисковиков, не отходя от своих компьютеров. Дело в том, что в интернете, наряду с неверными сведениями, хранится большое количество доброкачественных материалов, которым можно доверять, а установить какие из сведений, полученных из интернета, верные, можно сопоставляя их между собой и при необходимости сверяя их по печатным источникам.

Ниже я привожу результаты своего «расследования» положений названной статьи, проведенного в основном с помощью компьютера и частично с привлечением известных книг и документов.

В статье Б. Кочнева всерьез утверждается, что атомную бомбу для СССР создали вывезенные из Германии в 1945 г. немецкие специалисты, возглавляемые бароном Манфредом фон Арденне, которого автор статьи называет штандартенфюрером СС. Вот несколько цитат:

«На самом деле это именно Арденне, а не Курчатов, сделал Сталину атомную бомбу и фактически подарил нам роль великой державы.

Теперь там курчатовский институт, но правильнее было был назвать его именем Арденне.

От НКВД был приставлен Игорь Курчатов, которого не надо путать с физиком Борисом Курчатовым. Если в мемуарах написано, что в Академии Наук было совещание Ландау, Капицы (будущих академиков СССР) и др. и упомянута фамилия Курчатов, то это Борис, а если Лаврентий Палыч с Иосифом Виссарионычем заслушали доклад - то это Игорь. Так чекист стал великим физиком.

И спасибо герру штандартенфюреру за атомную промышленность СССР, которую якобы создал Сталин. Правдивее сказать, ее нам подарили немцы!».

Начнем с того, что Борис Васильевич Курчатов (1905-1972) был химиком, а не физиком. А его брат Игорь Васильевич Курчатов (1902-1960) был не «чекистом», т.е. не сотрудником органов, а беспартийным физиком, который стал научным руководителем атомного проекта СССР в 1943 г. по рекомендации академика Абрама Федоровича Иоффе. В партию же И.В. Курчатов вступил в 1948 г. Общее руководство всеми работами по атомному проекту осуществлял Л.П.Берия. Эти и другие приводимые ниже сведения о братьях Курчатовых можно получить из многочисленных источников в интернете и в печатных изданиях (см., например, http://ru.wikipedia.org/wiki/Курчатов,_Борис_Васильевич, http://ru.wikipedia.org/wiki/Курчатов,_Игорь_Васильевич,

http://www.kiae.ru/index32b.html - статья Р.В. Кузнецовой, директора мемориального Дома-музея академика И.В. Курчатова).

А до этого назначения И.В.Курчатов был сотрудником Радиевого института и зав. отделом Физико-технического института в Ленинграде, руководимого академиком А.Ф. Иоффе. В этом институте под руководством Игоря Курчатова был сооружен первый циклотрон. В 1934 г. И.В. Курчатову без защиты диссертации была присуждена ученая степень доктора физико-математических наук, а в 1935г. - звание профессора. В это время им были сделаны открытия в области сегнетоэлектричества, которые и сейчас котируются в кругах физиков и широко используется в технике.

Еще до войны он стал специалистом по ядерной физике. В 1940 г. И.В. Курчатов как член комиссии при Президиуме АН СССР по проблеме урана, вместе с Ю.Б. Харитоном разработал план работ по урановой проблеме и проект ядерного реактора. В 1935 г. вышла его книжка «Расщепление атомного ядра». В 1941 г в «Успехах физических наук» и в «Известиях АН СССР, Сер.физ.» были напечатаны две его статьи «Деление тяжелых ядер». Всего с 1924 по 1964 гг. опубликовано около сотни работ И.В.Курчатова по физической, преимущественно ядерно-физической тематике (см. «И.В. Курчатов: персональный указатель литературы, М., Атомиздат, 1977»).

Игорь Васильевич был выдающимся ученым и человеком. Он способствовал открытию и развитию новых направлений в физике, помогал многим ученым. В документальном фильме «Теория относительности счастья. По Андрею Будкеру» рассказывалось, в частности, как он помогал развитию направления, предложенного А.М. Будкером, которому предложил возглавить Институт ядерной физике СО АН СССР. Там же рассказывалось о том, как он защитил будущего академика Будкера и других евреев-ученых, работавших в атомном проекте, от Берии, который требовал их увольнения, а Герша Ицковича Будкера считал «особо опасным преступником» (в Андрея Михайловича Будкер позднее переименовал себя сам). Он спас многих генетиков, создав в своем институте биологический отдел, из которого впоследствии вышли два института - Институт генетики и селекции промышленных микроорганизмов (1967 г.) и Институт молекулярной генетики (1978 г.).

Таких чекистов не бывает. Конечно, И.В.Курчатов как научный руководитель атомного проекта владел государственными секретами, но это не означает, что он был штатным сотрудником органов или их тайным агентом.

Казалось бы, после заявления Б. Кочнева о том, что Борис Курчатов – физик, якобы участвовавший в совещаниях с Капицей и Ландау, а Игорь Курчатов – чекист, можно было бы больше не рассматривать его статью.

Однако пойдем дальше.

Б.Кочнев пишет, что о Манфреде фон Арденне «наши источники хранят полное молчание – ну нет в мире такого человека». Это неправда: он – известный в мире человек, о нем немало информации в интернете (см., например, http://ru.wikipedia.org/wiki/Арденне,_Манфред_фон, http://traditio.ru/wiki/Манфред_фон_Арденне), о нем в России опубликованы статьи, он упомянут в книгах. В Каталоге историко-документальной выставки «Атомный проект в СССР», открытой в 2009 г. для свободного доступа в Государственном архиве РФ к 60-летию создания атомного оружия в СССР, приведен документ 100 о вывозе из Германии в СССР более десятка организаций для работ по атомной проблеме. В их числе частный Институт профессора Фон-Арденне, Физический институт им. Макса Планка, входящий в объединение – Институт Кайзера Вильгельма. Там же приведен документ 172 - «Справка об использовании немецких ученых и исследовательских учреждений в области применения урана» (1945), согласно которой организованы три лаборатории:

а) институт «А» во главе с Арденне в Сухуми,

б) институт «Г» во главе с Герцем в Сухуми,

в) металлургическая лаборатория № 2 в Ногинске во главе с Рилем.

Более подробную информацию можно найти в статьях в российской прессе, опубликованных в интернете.

Под эти институты был переданы санатории «Синоп» и «Агудзеры». Названия этих институтов «А» и «Г» были даны по первым буквам фамилий их руководителей – Манфреда фон Арденне и лауреата нобелевской премии Густава Герца.

Немецкие ученые и инженеры, участвовавшие в советском атомном проекте, не были военнопленными и не находились в СССР на положении заключенных. Официально они именовались «иностранными специалистами» или «иноспециалистами» (см. упомянутый Каталог выставки «Атомный проект СССР», например, документы 174, 180). Их дети учились в советских школах, в частности, в сухумской женской школе (см. документ 242 в том же Каталоге).

По поводу вывоза из Германии в СССР значительного количества урана Б.Кочнев восклицает: «во грабанули!». Но это были, по существу, военные трофеи. Союзники захватили атомных трофеев значительно больше. Например, научный обозреватель «Известий» Сергей Лесков пишет: «Еще больше урана из Германии успели вывезти США, как, впрочем, и специалистов во главе с руководителем немецкого атомного проекта нобелевским лауреатом Вернером Гейзенбергом» (статья «Бомба от немецкого барона: кто создавал советское атомное оружие?». – «Известия науки», http://smoking-room.ru/data/pnp/bomba.html).

Барон Манфред фон Арденне (1907-1997), выходец из аристократической семьи, известный физик и изобретатель. Писатель Борис Горобец, автор работ об ученых и книги «Круг Ландау. Жизнь гения», доктор геолого-минералогических наук, кандидат физико-математических наук, профессор математики Московского университета инженерной экологии, пасынок академика Евгения Лифшица, в статье «Секретные физики Лейпунские» (http://berkovich-zametki.com/2007/Starina/Nomer4/Gorobec1.htm) назвал Арденне

«выдающимся немецким инженером-физиком». Писатель и журналист Юрий Шпаков отметил, что Арденне , «не был физиком-атомщиком в чистом виде, но слыл блестящим экспериментатором (статья «"Грязная бомба" Гитлера в подарок террористам», «Время новостей», 6 мая 2005 г., http://nuclearno.ru/text.asp?9775).

Арденне обратился к Сталину с письмом (10 мая 1945 г.), в котором говорилось: «… я приношу уверения, что буду с особой радостью приветствовать совместную работу моих упомянутых выше и оставшихся вполне работоспособными институтов с центральными научными учреждениями СССР» (это письмо Борис Горобец цитирует в упомянутой статье «Секретные физики Лейпунские» со ссылкой на Атомный проект СССР, 2002. Т. 1, Ч. 2. С. 5).

Когда Берия предложил Арденне участвовать в разработке атомной бомбы, тот, по словам Сергея Лескова в его упомянутой статье, отказался:

« - Это большая честь, предложение выражает вашу веру в мои возможности, - ответил барон через 10 секунд, которые показались ему самыми долгими в жизни, потому что он понимал, что от ответа зависит судьба тысяч соотечественников. - Но я предлагаю, чтобы немецким ученым поручили не менее сложную задачу разделения изотопов, а разработку самой атомной бомбы вели советские ученые, которые смогут выполнить великое дело для своей родины».

Берия с этим согласился.

«Манфред фон Арденне вспоминает, что первоначально перед ним была поставлена такая задача – разработка конструкции атомной бомбы. «Только не это!», - вскричал он. Тогда предложили вторую задачу – разработать промышленные методы производства урана».

Мне не удалось обнаружить материалов, подтверждающих слова Б.Кочнева, что фон Арденне был штандартенфюрером СС и кавалером Рыцарского креста, который якобы вручил ему Гитлер. Тем более, что (он) Б.Кочнев не указал, на сайте какой энциклопедии он предлагает найти эту информацию. Но зато обнаружен материал, в котором сообщается о том, что фон Арденне отклонил предложение своего патрона рейхминистра почты Вильгельма Онезорге о вступлении в НСДАП. (Ardenne Manfred Baron von. http://saebi.isgv.de/biografie/Manfred_von_Ardenne_(1907-1997)).

Сомнителен и рассказ Б.Кочнева о том, что фон Арденне «никого не боялся, по праздникам разгуливал по лагерю в полной форме с наградами». Во-первых, после капитуляции Германии ношение этой формы, со знаками отличия и наградами было запрещено. Во-вторых, полагаю, что фон Арденне, будучи в уме, не повез бы в СССР ни эту парадную эсесовскую форму, ни картину, на которой Гитлер вручает ему награду, даже если бы эти форма и картина у него были бы.

И, наконец, на Октябрьском поле в Москве не было концлагеря для немецких специалистов, вывезенных из Германии. Не было его и на территории Лаборатории № 2 (нынешнего Курчатовского института). «Знаменитая 9-ка», которую Б.Кочнев называет «концлагерем» - это НИИ-9, материаловедческий институт академика А.А. Бочвара. И это тоже не концлагерь, а закрытое охраняемое предприятие. И расположен он не на Октябрьском поле, а относительно недалеко от него и рядом с Курчатовским институтом. Родители Б.Кочнева были распределены в «9-ку» в 1948 г., а Институт «А», возглавляемый фон Арденне был сформирован в Сухуми к концу 1945 г. Как сообщил Сергей Лесков в упомянутой статье, «самая большая партия немцев была привезена в Сухуми и тайно размещена в пышных имениях великого князя Александра Михайловича и миллионера Смецкого».

Итак, фон Арденне не участвовал в создании атомной бомбы, но участвовал в атомном проекте, занимаясь исследованиями, связанными с получением урана.

Как сообщает Л. Селивановская в той же ее статье, с точки зрения академика Ю.Б.Харитона, «ничего существенного немцы в советский урановый проект не внесли».

А теперь главное.

Атомную бомбу в СССР сделали советские ученые и инженеры, а не немцы, вывезенные из Германии в 1945 г. Секреты американской конструкции атомной бомбы, использованные при создании первой испытанной в 1949 г. советской атомной бомбы, передал СССР немец - физик, работавший в США над созданием аналогичной бомбы.

Его звали Клаус Фукс (в Гугле много материалов о нем). Он был коммунистом. Из нацистской Германии в 1933 г. бежал во Францию, а оттуда переехал в Англию, где в 1942 г. получил гражданство Великобритании и стал работать на английский атомный проект. В 1943 г. был направлен в США, где участвовал в атомном «Манхеттенском проекте» в Лос-Аламосе. Фукс установил контакт с советской разведкой и начал передавать ей сведения, еще работая в Англии. Но особенно много атомных секретов он передал советской разведке, когда работал в США в «Манхеттенском проекте» После войны вернулся в Англию. В 1950 г. его выдал перебежчик. Фукс был арестован и приговорен к 14 годам заключения (максимальный срок за передачу секретов дружественному государству, которым во время войны был СССР). После 9-ти лет заключения был освобожден за примерное поведение, жил и работал в Дрездене (Центральный институт ядерный исследований и Университет). В 1959 г. академик Юлий Харитон, главный конструктор советской атомной бомбы, ходатайствовал перед Устиновым о награждение Фукса и только в 1992 г. Харитон опубликовал информацию о влиянии полученных разведданных на создание бомбы. В упомянутом Каталоге историко-документальной выставки «Атомный проект в СССР» есть глава, посвященная Клаусу Фуксу.

Сенсационное заявление в названии статьи Б.Кочнева о том, что фон Арденне подарил Сталину «бомбу Гитлера», не соответствует действительности еще и потому, что ученые гитлеровской Германии были далеки от создания атомной бомбы. Об этом свидетельсвует Лесли Гровс, руководитель Манхеттенского атомного проекта, в своей книге «Теперь об этом можно рассказать» (Атомиздат, М., 1964, глава 24 «Реакция немецких ученых», С.275-279, http://militera.lib.ru/memo/usa/groves/24.html). Ведущий теоретик германского ядерного проекта Лауреат Нобелевской премии по физике Вернер Гейзенберг так прореагировал на сообщение о взрыве американской атомной бомбы в 1945 г.: «И всё-таки, как они этого достигли? Я считаю позорным для нас, работавших над тем же, не понять по крайней мере, как им это удалось» (цитируется по указанной книге Л. Гровса, С. 279).

Фон Арденне в СССР не разрабатывал атомную бомбу, а занимался разработкой и исследованиями способов разделения изотопов урана для советского атомного проекта. То есть, он участвовал в решении лишь одной из технологических задач, связанных с созданием бомбы, за что и был награжден.